Поиск Карта сайта


Rambler's Top100
ИЛЬИНСКИЙ ИГОРЬ МИХАЙЛОВИЧ

Мои дела?.. Я жил страной.
Мне подарила Русь святая
Простой девиз: «Будь сам собой.
Свети другим, себя сжигая».

И.М. Ильинский

 НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ 
 ОБЩЕСТВЕННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ 
на главную страницу
библиография
книги
cтатьи. интервью. выступления.
об И.М. Ильинском и его трудах.
Книги. Статьи. Рецензии.

Rambler's Top100

Поиск по сайту
Главная / Публикации / Статьи

Для меня ключевые слова – служение и честь

Версия для печати Версия для печати

«Для меня ключевые слова – служение и честь»

Об элитном и элитарном образовании, о воспитательной работе и о развитии высшей школы в России размышляет ректор Московского гуманитарного университета, доктор философских наук, профессор Игорь ИЛЬИНСКИЙ

Игорь Михайлович, что Вы вкладываете в понятия «элитное образование» и «элитарное образование»?

Между этими понятиями есть существенная разница. Элитным я называю качественное образование, доступное для всех. А элитарное — возможно, еще более качественное образование, предназначенное для узкой прослойки молодых людей, чьи родители готовы платить за учебу большие деньги.

На протяжении длительного исторического периода образование было только элитарным, то есть предназначенным для избранной части общества. Состоятельные люди готовы были заплатить сколько угодно, чтобы их дети могли правильно распорядиться властью и богатством, переходящими по наследству. О необходимости массового образования в то время никто не задумывался. В дальнейшем, по мере развития демократических свобод, образование становилось общедоступным, но элитарное образование также сохранялось.

Существует ли деление на элитное и элитарное образование в современной России?

В нынешнем российском обществе высшее образование хотят получить практически все. Этим пользуются псевдовузы, где за учебу просят всего лишь около 500 долларов в год. Но существуют и элитные университеты, куда можно поступить при наличии определенных способностей, выдержав большой конкурс, и затем учиться бесплатно. В эти же вузы принимают и за деньги — максимальная цена сегодня составляет 6-7 тысяч долларов в год.

Но очень немногие российские граждане отправляют своих детей учиться в лучшие зарубежные университеты. Там год учебы стоит 25-30 тысяч долларов в год, а если считать расходы на проживание, питание и т. д., то эта цена возрастает до 100 тысяч. То есть 5 лет обучения, скажем, в Оксфорде обойдутся в полмиллиона долларов. Это действительно элитарное образование. Правда жизни такова, что в российском обществе уже сформировался слой богатых людей — деловой и политической элиты, готовых платить такие деньги за обучение своих детей.

Это хорошо или плохо?

Я полагаю, наше общество должно позаботиться о том, чтобы представители этого слоя получали образование в России, чтобы будущая элита имела российский менталитет. Если человек пять лет живет за границей, учится там в университете, это накладывает отпечаток на его знания и образ мышления. Даже специальные предметы он изучает в отрыве от российской реальности. В результате нет желания возвращаться на родину. Вот характерный пример: брат известной певицы Алсу получил образование в Англии, сейчас там живет, а бизнес ведет в Молдавии на деньги своего отца, заработанные в России.

Конечно, наследников миллиардных и даже миллионных состояний в России немного, но именно они будут определять в дальнейшем развитие нашего общества. И если мы хотим, чтобы Россия была сильной державой, эти люди должны любить Россию, понимать, как распорядиться своими богатствами во благо народа. Для меня это вопрос самосохранения страны, вопрос ее будущего. Как говорил Даль, «кто на каком языке думает, тот такому народу и принадлежит».

Что должны сделать российские университеты, чтобы привлечь на учебу детей богатых родителей?

Я не готов предложить однозначную формулу. Возможно, Московский гуманитарный университет будет создавать образовательные программы, привлекательные для таких людей, но это вопрос времени. Проблема в том, что эту задачу должны поставить не просто вузы, а власть, определяющая образовательную политику в России.

Например, что такое программа МВА за границей? Человека, уже имеющего высшее образование, обучают самым современным методам и технологиям ведения бизнеса самые лучшие педагоги и бизнесмены-практики, достигшие выдающихся успехов. Во французской школе бизнеса INSEAD в Фонтенбло обучение стоит около 30 тысяч евро в год, и конкурс достигает 100 человек на место. Выпускников тут же «раскупают», и они едут работать в разные страны.

В России нужны подобные программы, в которых участвовали бы и зарубежные специалисты. В любом случае элитарное отечественное образование обойдется для студента дешевле, чем аналогичное образование за рубежом. Если состояние человека не миллиард, а, скажем, несколько миллионов, то, возможно, он не захочет тратить 100 тысяч долларов в год и предпочтет дать своему ребенку не столь дорогое, но не менее качественное российское образование.

Кстати, далеко не все состоятельные граждане сегодня отправляют детей учиться на Запад.

Конечно, есть национально ориентированные люди, которые любят Россию и связывают с ней будущее своих детей. Они понимают, что несколько лет учебы за рубежом повлекут за собой определенные моральные издержки. Но, к сожалению, есть и другие примеры, касающиеся не только и не столько образования. Недавно представитель партии СПС заявил с экрана телевизора: «Мы будем «валить» Путина. И если не свалим его, то останется одно — «валить» из России». По-моему, комментарии здесь излишне.

В чем преимущества российской высшей школы по сравнению с западной?

Западное образование ориентировано на подготовку специалистов в узком смысле этого слова. Главная задача — дать максимум специальных знаний, научить человека зарабатывать деньги, помочь ему состояться в выбранной профессии. Такой подход вполне имеет право на жизнь. Другой вопрос, что в последние годы во всем мире понимают необходимость изменения образовательной парадигмы. Жизнь неимоверно усложнилась, стала более изменчивой и непредсказуемой. В современном обществе успеха может добиться личность, обученная быстро ориентироваться в таких условиях, способная противостоять вызовам и угрозам, готовая принимать нетривиальные решения. Это вопрос творческих способностей, потенциала, который никак не связан с конкретной специальностью. И здесь очевидны преимущества российского образования, которое в значительной мере всегда отличалось тем, что уделяло особое внимание воспитанию.

В известный период времени уклон в воспитание оказался даже избыточным.

Да, и это было плохо. Но сегодня есть возможность найти золотую середину. Я утверждаю, что в современном обществе университет не может дать полноценное образование, если не пытается решить задачу воспитания личности. Хотя, к сожалению, если следовать требованиям государственного стандарта, на воспитание остается очень мало времени. В российских вузах с каждым годом сокращается время на изучение дисциплин социально-гуманитарного цикла, роль которых в формировании личности исключительно велика, — философии, истории, культурологии и других.

В начале 90-х годов я был одним из первых, кто восстал против изъятия воспитательной функции из процесса образования. Сейчас на государственном уровне провозглашена необходимость воспитания, но как определить, есть ли оно в конкретном вузе? Большинство учебных заведений отказалось от этой функции — люди ведь с удовольствием отказываются оттого, что не требует труда. А сейчас налицо нехватка кадров, способных вести воспитательную работу, имитация бурной деятельности... Но ведь существует более 10 направлений воспитания — гражданское, патриотическое, экологическое и т. д. Всесторонне развитая личность должна иметь качества, соответствующие каждому из этих направлений.

Как организована воспитательная работа в Московском гуманитарном университете?

В основе образовательного процесса в МосГУ лежит «госстандарт плюс». Он включает в себя требования государственного образовательного стандарта, что позволяет выдавать выпускникам дипломы государственного образца, но сам по себе гораздо шире. Мы стремимся к тому, чтобы наш выпускник не просто получал знания, но и развивал свои творческие способности. На базе МосГУ мы создали Школу творчества. Ведь многие наши студенты имеют творческие задатки — танцуют, играют на музыкальных инструментах, занимаются спортом и так далее. Наша задача — создавать условия для раскрытия потенциала каждого студента, дать им возможность попробовать себя в различных формах творчества.

Я вспоминаю, что у меня в юности всегда было желание попробовать себя в самых разных видах деятельности. Я занимался всем, чем можно, — имел разряды по 12 видам спорта, выступал на сцене, играл в струнном оркестре. Все это в конечном итоге дает ощущение собственной гармоничности, уверенности в себе. Когда я вижу спортсмена или актера, то хорошо их понимаю, поскольку я занимался и спортом, и театром.

Нужно ли обязывать студентов заниматься творческой работой?

Нет, конечно. При всем старании администрации нашего университета из 11 тысяч обучающихся, общественной, творческой деятельностью занимаются около 1200 человек. КВН, песни и пляски, лыжи и баскетбол, научные конкурсы, многое другое — во всем у нас можно себя попробовать. Но такие возможности мы создаем только для желающих, никого не принуждаем.

10 процентов всех студентов — не слишком ли мало?

Смотря как считать. Во многих вузах вам не назовут хоть какую-нибудь цифру, потому что этим вообще не занимаются. В то же время много и не должно быть, не может быть, потому что одаренные люди в любом обществе составляют не более 10 процентов. Далеко не каждый человек способен к высшей интеллектуальной деятельности. Не каждый человек способен получить качественное высшее образование. И это не какая-нибудь людоедская философия, а правда жизни.

Тогда уж надо говорить о существовании сверхчеловека.

Да, есть и такие. Вот Александр Александрович Зиновьев — известный философ, человек с уникальными способностями, которые не даны мне, не даны очень многим людям. Внешне он самый обычный человек, а по сути своей — личность особая. Такие люди остаются в истории, им ставят памятники.

А как университет может способствовать формированию патриотизма? Приведите примеры из практики патриотического воспитания в МосГУ.

В прошлом году мы праздновали 60-летие Великой победы. Открыли мемориальную доску, на которой выбиты имена всех сотрудников нашего вуза, участвовавших в Великой Отечественной войне. В честь Дня победы мы организовали огромный праздник для 5 тысяч студентов из разных вузов, концерт с тем же названием, что и на Красной площади, — «Поклонимся великим тем годам». К нам приехал маршал Язов, известные артисты, и эта акция была признана самым значительным событием вузовской жизни страны в 2005 году. Вместе с генерал-полковником Ивашовым мы проводили в МосГУ секцию «Молодежь и Великая победа», организованную Всемирным русским народным собором, членом которого я являюсь.

Недавно мы издали сборник школьных сочинений на тему «Что значит быть русским сегодня»? Мы проводили всероссийский конкурс сочинений, и Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II написал посвящение к этому сборнику. Для нас было важно понять, что именно дети вкладывают в понятие «патриотизм».

В последнее время слово «патриотизм» иногда употребляется в негативном контексте.

Я не могу понять тех, кто утверждает, что патриотизм — последнее прибежище негодяев. Наверное, кому-то не нравится, что в России есть люди, которые хотят, чтобы Россия жила. Настоящий патриот — это человек, который живет не только для себя и своей семьи, но и для окружающих, для общества, для страны. Других толкований этого слова я не понимаю.

Можно ли измерить эффективность воспитательной работы?

Эта задача скорее теоретическая, чем практическая, ее пытались решить и в советские времена. Можно изобрести множество формальных показателей. Но всегда будут существовать неформальные критерии — например, можно ли считать человека честным, добродетельным, воспитанным? Здесь важны ключевые слова — «служение» и «честь». Мы учредили орден «Служение чести», которым наградили самых заслуженных ветеранов.

Возьмем проблему служения. Человек может просто жить, бытовать, в его голове может не быть понятий долга, отечества, семьи. Я, например, не могу избавиться от чувства отцовства — понимаю, что останусь на земле своими детьми. Я служу своей семье, своим детям — делаю все возможное, чтобы им хорошо жилось. Точно так же с моей работой. Ведь в университет можно приходить на службу. А я здесь не просто работаю, а живу. Жизнь в университете построена таким образом, что все мы доверяем друг другу. И я отвечаю за университет точно так же, как Президент России отвечает за всю страну.

Точно так же проблема чести вбирает в себя очень многие, если не вообще все положительные качества. В современном обществе не хватает чести и совести — отсюда коррупция и многие другие негативные явления. Некоторые богатые люди считают, что для них существуют особые нормы морали. Но, на мой взгляд, быть честным выгодно. Когда в этом убеждаются другие люди — деловые партнеры или представители власти — они относятся к вам по-другому.

Я считаю, что сфера моей ответственности не ограничивается университетом. Создан Союз негосударственных вузов Москвы и Московской области, чтобы сделать лучше образование в столице. Создан Национальный союз негосударственных вузов, чтобы способствовать развитию высшего образования во всей стране. Как ученый я пишу книги, занимаюсь проблемами образования, вопросами истории.

Какие исторические проблемы Вы исследуете сейчас?

Недавно я прочел книгу «Сдерживание», изданную в 1978 году в Колумбийском университете. В ней опубликованы документы стратегии внешней политики США 1945-50-х годов, то есть первых лет «холодной войны». Я организовал перевод этой книги, написал к ней предисловие, и вскоре она выйдет на русском языке. Возможно, я назову ее «США как противник России». В таком названии есть особый смысл: США воевали не с Советским Союзом, а именно с Россией. Основной документ книги так и называется: «Цели США в отношении России». Збигнев Бжезинский в одной из последних книг пишет, что в холодной войне была побеждена Россия, а не СССР, и будущий мир будет построен на обломках России.

Возможно, я вызову отрицательные эмоции у проамерикански настроенной части общества. Но я утверждаю, что «холодная война» не закончилась с распадом СССР. Она продолжается и сегодня. Америка борется с Россией, и разговоры о дружбе и партнерстве остаются разговорами.

Какие изменения произошли за последнее время в государственной образовательной политике? Как они отражаются на развитии вашего университета?

Перемены в российском образовании продолжаются — в частности, ужесточается надзор за деятельностью вузов со стороны государства, Госдума рассматривает соответствующие поправки в законодательство. Честно говоря, я не сторонник жесткого государственного регулирования в сфере высшего образования — по-моему, есть риск перегнуть палку. Мы направили свои предложения по поводу развития негосударственного образования в органы власти и надеемся, что они будут учтены.

В российской высшей школе идет процесс «деуниверситизации». В 90-е годы очень многие вузы стали называться университетами, и сейчас предпринимаются попытки лишить некоторые учебные заведения этого статуса. Мы считаем, что МосГУ в состоянии отстоять свое право называться университетом. Рособрнадзор ввел новый показатель, которому должны соответствовать университеты, — не менее семи направлений подготовки специалистов (раньше нужно было не менее пяти). В МосГУ будет представлено как раз семь направлений — в будущем году мы открываем два новых направления. Первое — дизайн, второе — прикладная математика и информатика.

Прикладная математика считается очень сложным разделом науки, и по этой специальности обучают очень немногие вузы.

В МосГУ давно работает кафедра математики и информатики, которую возглавляет доктор наук, профессор Владимир Иванович Мажукин из Института математики РАН, и среди ее сотрудников есть выдающиеся ученые. Работу по созданию факультета прикладной математики и информатики возглавил Юрий Иванович Журавлев — академик РАН, выдающийся математик, лауреат Ленинской премии. Изучение приложений математики к гуманитарному, экономическому и социальному знанию мне представляется очень перспективным.

Через два года МосГУ будет проходить плановую государственную аттестацию и аккредитацию.

Да, мы готовы представить наш «госстандарт плюс». Огромную работу по его созданию провели наши кафедры и факультеты. Все наши деканы и заведующие кафедрами недавно прошли обучение по программе повышения квалификации, посвященной управлению качеством. МосГУ участвует во всероссийском конкурсе «Внутривузовские системы качества подготовки специалистов», на эту тему мы провели самообследование и по его результатам подготовили подробный отчет. Член экспертной группы этого конкурса сказал, что изучал работу нескольких десятков российских вузов, но нигде не видел ничего подобного нашему «госстандарту плюс».

В кампусе МосГУ проходят съемки телесериала «Студенты», который демонстрируется по каналу Ren-TV. Почему для съемок был выбран именно ваш университет?

Ко мне обратился продюсер сериала с просьбой разрешить проведение съемок на нашей территории. Я не возражал. Единственное, о чем я всерьез попросил, — чтобы в фильме не было «чернухи». Если же создатели сериала хотят показать студенческую жизнь во всем многообразии ее проявлений, то это можно только приветствовать. Главное — чтобы кино не мешало обычному учебному процессу. Авторы проекта подтвердили свои добрые намерения. Для сцен в общежитии были построены специальные декорации, а все остальное снимается в наших аудиториях и залах.

Но все-таки в этом сериале некоторые элементы сюжета, мягко говоря, далеки от правды жизни.

Сериал невозможно судить по законам высокого искусства. Когда я увидел первые серии, мне там многое не понравилось — какие-то бандиты в кадре, взятки и прочее. Что касается взяток, то в нашем вузе их нет, и это не самообман. Студенты платят за учебу, и в этой ситуации взятки бессмысленны. За 13 лет, пока я ректор, не было ни одного подобного случая. А если бы и был, то информация наверняка попала бы ко мне. И я сказал авторам фильма, что такие сцены могут опорочить имя нашего вуза. Они пообещали, что в следующих сериях «чернухи» не будет.

А что об этом думают ваши студенты?

Я спрашивал их, и мнения разделились. Некоторые говорили, что сериал однозначно дискредитирует МосГУ. Другие считали, что авторы имеют право на вымысел, к тому же взятки действительно существуют во многих государственных вузах, где образование бесплатное, и эту проблему не стоит замалчивать. Большинству студентов съемки нравятся — они участвуют в массовках, некоторые даже получили незначительные роли. И мы решили, что кино на какое-то время может оставаться элементом нашей университетской жизни. Почему бы нет?

Беседовал Борис СТАРЦЕВ

.