Поиск Карта сайта


Rambler's Top100
ИЛЬИНСКИЙ ИГОРЬ МИХАЙЛОВИЧ

Мои дела?.. Я жил страной.
Мне подарила Русь святая
Простой девиз: «Будь сам собой.
Свети другим, себя сжигая».

И.М. Ильинский

 НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ 
 ОБЩЕСТВЕННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ 
на главную страницу
библиография
книги
cтатьи. интервью. выступления.
об И.М. Ильинском и его трудах.
Книги. Статьи. Рецензии.

Rambler's Top100

Поиск по сайту
Главная / Публикации / Статьи

«Образовательная революция» (сообщение на заседании Русского интеллектуального клуба по теме: «Высшее образование для XXI века» - 23 июня 2003 года, Московский гуманитарный университет)

Версия для печати Версия для печати

«Образовательная революция»

(сообщение на заседании Русского интеллектуального клуба
по теме: «Высшее образование для XXI века» - 23 июня 2003 года,
Московский гуманитарный университет)

Уважаемые коллеги!

В названии темы нашей дискуссии есть два ключевых слова «век» и «образование». Каждое из них безмерно глубоко по своему смыслу. Тем более сложно рассуждать о них во взаимосвязи. Но это абсолютно необходимо, если мы действительно хотим понять сущность происходящего ныне с человечеством, в частности, с образованием, которое является главным предметом сегодняшней дискуссии.

Мы поставили вопрос так: образование для века. То есть мы хотим не просто описать наши пожелания и представления о том, каким может быть высшее образование в разворачивающемся столетии, но и показать, каким оно должно стать. «Должно стать» для чего? Чтобы обслуживать развитие в том виде, как оно уже обозначилось и проистекает? Или же стать средством перемен и избавления от тех пороков и язв, накопленных и унаследованных человечеством в ходе всего предшествующего развития? Но тогда возникает вопрос о том, как мы смотрим на сам XXI век с точки зрения настоящего и будущего.

Ведущие мыслители и ученые мира – философы, историки, социологи, геополитики, в том числе русские (в частности, президенты нашего клуба А.А.Зиновьев, Н.Н.Моисеев) уже давно утверждают, что в XXI веке человечество вступило в самую опасную пору своего развития. Такой ситуации, как ныне, не было еще никогда. На грани катастрофы не отдельная страна или отдельный народ, а всё человечество. Оснований для таких выводов более чем достаточно, они общеизвестны. Первая и главная проблема современной футурологии не в том, что будущее, крайне трудно прогнозировать. Проблема в том, что будущего может просто не быть. Вообще. Никакого.

Тех, кто придерживается таких взглядов на происходящее, многие, в том числе власть придержащие, с иронией именуют «алармистами», а их сценарии – апокалиптическими или просто «страшилками». Так говорят люди, которые не способны мыслить масштабно, видеть и понимать мир не фрагментарно, а во всей его целостности, смотреть на происходящее объективно, реалистически, а не с точки зрения экономической выгоды или политических интересов. В свою очередь назовем их рыночными фундаменталистами, фанатиками монетаризма. Людьми, не способными мыслить государственно, ответственно.

Прогноз будущего должен быть направлен на выявление самого худшего, что может произойти, самых грозных испытаний, которые уже обрушились и могут обрушиться на нашу страну и все человечество.

Как же охарактеризовать нынешнее положение дел в мире с точки зрения сущности, предельно обобщенно и кратко? На заседаниях нашего клуба мы пришли к заключению, мир находится в состоянии мировой войны нового типа, рискуя в любой момент сорваться в войну «горячую», ядерную. Иначе говоря, мир на грани выживания, на краю физического самоуничтожения. Самоуничтожения. Вот два слова, раскрывающие, на мой взгляд, сложившуюся ситуацию: самоуничтожение, выживание. Главная проблема XXI века – выживание. Отсюда и главная задача человечества в XXI веке – остаться живым, выжить. Все остальные цели и задачи, как бы прекрасны и благородны ни были они, отпадают сами собой: чтобы жить, надо быть живым.

Даже тот, кто согласится с такими умозаключениями, вправе спросить: «А причём тут образование? Тут уместнее бы говорить о политике, экономике… Во всяком случае, так принято, так логичнее и очевиднее. Образование, конечно, играет свою роль. Но «свою», в ряду других факторов». Дело в том, что, на мой взгляд, «в ряду других факторов» образование стоит всё же на первом месте, что и попытаюсь показать в своем кратком сообщении. Извините за то, что иногда я буду касаться банальных вещей, но мы все-таки в разной степени погружены в проблему.

Давайте взглянем на образование в самом широком контексте человеческой эволюции. Ибо, если мы станем рассматривать проблему образования саму по себе, сообразно логике и содержанию образовательного процесса, как проблему педагогическую, то не сможем сказать по этому поводу ничего значительного, тем более нового. Глобальный подход, заявленный в теме нашей дискуссии и моего сообщения, требует хотя бы коснуться вопроса о генезисе, природе образования.

Если исходить из того, что человек есть продукт эволюции живой природы, а не творения Всевышнего, то это значит, что ментальные способности, познание и знание человека, в конечном счете, направляются механизмами органической эволюции. Породив человека как живое существо, стремящееся выжить и продолжиться как вид, природа на протяжении тысячелетий принуждает (!) человека находить способы выживать путем приобретения опыта, навыков и знаний. Природа постоянно держит человека в пограничной ситуации между жизнью и смертью, стихийно и совершенно безальтернативно учит и дает возможность учиться выживать; и учиться, и выживать за свой счет. В том числе, природа учит человека знать пределы по отношению к себе, в частности, знать пределы отношения человека к человеку как части природы, жестоко карая его, если он переступает эти пределы. Уроки, которые ныне преподносит человечеству окружающая среда, свидетельствуют об этом. Природа – это первый Учитель, главный Университет человека.

Несомненно, что способности, самосознание, язык, мораль Homo Sapiens теснейшим образом связаны с процессом естественного отбора, поисками способов выживания и воспроизводства. В этом смысле всю историю можно представить как историю выживания человечества в целом, а не только как историю борьбы особей и индивидов, групп и народов, в которой побеждали, приспосабливались и развивались те из них, которые обладали необходимыми и достаточными для выживания качествами: физическими, интеллектуальными, моральными, духовными.

Вот еще одно из ключевых слов и понятий, которое мы должны принять во внимание, рассуждая об образовании – качества человека во всем многообразии значения этого понятия. Но в данном случае я хочу сделать сильный акцент на том обстоятельстве, что человечество проходило в своем становлении и развитии не только индивидуальный и групповой отбор, в котором поначалу побеждал сильнейший физически. Это был также, а лучше сказать, прежде всего отбор на интеллект и моральность. Человечество выживало благодаря тому, что, в конечном счете - несмотря на его кровавую историю - побеждала точка зрения, которая способствовала продолжению жизни, улучшению условий бытия, полноте и качеству жизни. Именно поэтому человечество и прогрессировало. Именно духовные и нравственные императивы, которые мучительно вырабатывались человечеством в ходе борьбы за выживание, были той силой, которая противостояла и обуздывала природные инстинкты и эмоции фанатов силовой борьбы и войны, поощряла миротворцев. Конечно, можно сказать, что просто-напросто срабатывал инстинкт самосохранения. И все же выигрывал тот, кто был умнее, кто думал о будущем и наследниках; кто способствовал воспитанию чувств, позволявших человеку, исходя из общественных моральных установлений и высших духовных ценностей, в той или иной мере контролировать свои потребности, сознательно подчинять личные и групповые интересы интересам других людей и общества.

Человечество, учившееся поначалу стихийно познавать и накапливать всё больше знаний, со временем придумало организованный способ передачи знаний, морали и духа от поколения к поколению – систему образования, которое мы сегодня понимаем, как единый и целостный процесс воспитания и обучения, целью которого является создание всё больших возможностей преобразования как окружающей среды (в том числе социокультурной), так и самого человека.

Таким образом, человеческая эволюция во всем ее объеме непосредственно и в первую очередь связана с уровнем познания и образования. Чем выше уровень науки и образования, тем выше темпы освоения природы, изменений окружающей человека среды, в том числе социокультурной.

Если мы соглашаемся с тем, что между прогрессом и образованием существует первостепенная зависимость, то необходимо признать, что такая же связь существует и между регрессом и образованием. То есть, если мы говорим сегодня о глубоком и многоаспектном кризисе современной цивилизации, о том, что человечество поставило себя на грань физического самоуничтожения, то это значит, что прежде и задолго до того, как сложилась такая ситуация, до того, как мы поняли и признали этот факт, начался и произошел глубочайший кризис в системе образования ведущих стран мира, приведший к трагическим изменениям в содержании и формах мышления, ценностных ориентациях и морали народов тех стран, которые задают направление развитию всего человечества.

Скорость, масштабы и глубина перемен в условиях жизни и труда ныне столь велики, что ум и сознание человека и общества не успевают к ним хотя бы приспособиться, не говоря уж о том, чтобы в полной мере осознать и управлять ими. Итог – нарастание хаоса и абсурда во всех сферах жизни и на всех уровнях управления вплоть до глобального. Все более заметны симптомы снижения моральных начал в поведении и деятельности как отдельных людей и групп, так и целых народов и государств. Дикие масштабы принимают насилие, агрессивность, экстремизм, террор и терроризм, преступность, проституция. Всё более сильно дают себя знать тенденции псевдокультуры и даже антикультуры, которые уже захватили основную часть молодежи Запада, а теперь и России.

Но что означает снижение «этической планки» и общекультурного уровня широких народных масс? Это означает понижение качеств человечества, которые необходимы для его выживания. И происходит это в ситуации, когда проблема выживания остра, как никогда прежде в истории. Более того: можно думать, что это делается сознательно, что мы являемся свидетелями процесса уже не естественного, а искусственного отбора, искусственной селекции не только индивидов и групп, но целых стран и народов. Сегодня, как никогда прежде в истории, торжествует принцип силы. «Хорошими» и «плохими», бедными и богатыми люди и целые страны становятся не в результате конкуренции ума, духа и воли, а в результате подковёрных политических решений и военных операций, где созданные человеком бомбы, пушки и прочее оружие выступают в роли мускулов, клыков и когтей дикаря. Эти люди и страны по определению не могут иметь высокой морали и культуры, потому что там где сила, там не нужны ни ум, ни духовность, там они изживаются. В том числе и с помощью системы образования, которая преподносится в качестве лучшей в мире. Под монотонные речи о прогрессе, о будущем, о свободе и правах человека. И происходит это не вполне осознанно не только по злому умыслу, а больше от непонимания смыслов и сущностей, инстинктивно. Образованный дикарь, таковым себя ничуть не сознающий, - это чудовище, порожденное системой образования XX века.

О том, что образование на Западе находится в глубоком кризисе, известно давно. Еще в 1965 году премьер-министр Франции Ж. Помпиду публично заявил, что система образования Франции, особенно среднего, «обнаружила неспособность к эволюции и базируется в значительной мере на основах, заложенных иезуитами в XVII веке и лишь несколько измененных в конце прошлого (т.е. XIX) столетия» (“L’Education nationale”. 1965, № 20). В 1968 году вышла книга Ф.Г. Кумбса «Мировой кризис образования». В 1983 году Национальная комиссия США по проблемам качества образования представила обществу доклад «Нация в опасности» с мрачными выводами и прогнозами, в котором, в частности, говорилось, что США «совершили акт бездумного образовательного разоружения», что существующее качество образования «несет угрозу будущему государства и народа» (The National Commission on Excellence in Education. A Nation at Risk: The Imperative for Education Reform. Wach, 1983).

Давайте посмотрим, что (в самом общем виде) происходит в сфере высшего образования, особенно в новейшее время.

Определяющими тенденциями являются его специализация, массовизация, экономизация. Все эти тенденции имеют под собой объективные основания и положительное значение. Однако сейчас обратим внимание не на позитивные, а на негативные последствия этих процессов.

Специализация в высшем образовании – следствие НТР. Известно, что специализация в технике, экономике и финансах становится всё более углубленной и узкой, заставляет организаторов образования изыскивать дополнительные учебные часы за счет сокращения объемов гуманитарных наук – философии, истории, социологии и т.п. По сути дела вузы превращаются в высшие ремесленные школы, которые готовят ремесленников, которым трудно понимать смысл общественно-политических процессов в мире и в собственной стране, разбираться в программах партий и группировок. Но что такое в сути своей гуманитарно необразованный человек? Такой человек в конечном счете не может занимать осмысленную гражданскую позицию, проявлять гражданскую активность. Это прекрасный объект для идеологических и политических манипуляций, функционер, слепой исполнитель. Специально образованный раб. Узкая специализация в условиях НТР по сути дела обернулась дегуманизацией образования.

Массовизация. С 1986 по 2000 год (за 15 лет) количество студентов в мире выросло с 13 до 86 миллионов человек, т.е. в 6 раз. Итог массовизации – резкое падение качества высшего образования, нарастание функциональной неграмотности, т.е. людей, закончивших вузы, но не способных эффективно выполнять свои как трудовые, так и гражданские обязанности. И дело тут не только в том, кáк – хорошо или плохо - организован в вузе образовательный процесс, а в резком снижении качества «исходного материала» - абитуриентов, которые становятся студентами. Например, в 2001-2002 году из 1 млн. 100 тыс. выпускников школ России в вузы поступили более 90 процентов. И дело опять-таки не только в том, как они учились и как их учили в школе, а в том, что многие из них, если ни большинство, в силу своих исходных данных не мотивированы и не способны к высокоинтеллектуальной деятельности. Людей с дипломами о высшем образовании, кандидатскими и докторскими степенями, в том числе просто купленными за деньги – людей, функционально неграмотных – уже сегодня в мире и в России, в частности, весьма много. И становится всё больше. В том числе в структурах власти и управления, вплоть до высших органов. Отсюда нарастание количества ошибочных решений, творящих разрушительство, хаос, абсурд.

Экономизацию образования можно понять только в том случае, если понимать, что образование – это поле идеологической и политической борьбы. Образовательная политика, так или иначе, в большей или меньшей мере диктуется интересами правящего класса. В странах Запада и в сегодняшней России это класс капиталистов. И дело не в том, что социальная элита создает для себя привилегии в этой сфере, элитарные учебные заведения или отправляет своих детей на учебу в престижные вузы других стран. Образование – это поле борьбы за овладение умами и сознанием новых поколений. Да, взятый по отдельности каждый капиталист нуждается в квалифицированных и лояльных работниках. Вопрос о том, кого и чему учить, чтó и сколько знать, имеет в этом случае ключевое значение. Ибо образование – это универсальный способ программирования человека. Учебные программы и планы образования определяют не только объем специальных знаний, необходимых работнику, но и тех знаний, которые определяют мораль и духовный мир человека, а значит, и его поведение.

Однако первой и главной заботой капиталиста были и остаются заботы о прибыли и сокращении издержек. Под влиянием этого доминирующего обстоятельства изменялись и изменились взгляды на миссию и само понятие образования, на роль и значение знаний, трансляция которых от их производителя (науки) к человеку по нынешним представлениям составляет главную и единственную задачу образования. Взгляд на знание и образование через призму прибыли и денег привёл к тому, что предпочтение стали отдавать т.н. практически полезным знаниям. Значение гуманитарного (человекообразующего) знания с этой точки зрения упало в цене. Знание всё больше обретало значение товара, а образование, утрачивая свою универсальную человекообразующую функцию, все больше становилось одной из отраслей экономики, а вузы – предприятиями по производству рабочей силы.

Подчеркнем: одной из отраслей экономики, соотносясь с ней как часть с целым и, следовательно, подчиняясь ее целям и задачам, тенденциям и законам ее развития. Сегодня догмой является положение о том, что экономика первична, а образование вторично. Отсюда тезис: «поднимем экономику – возьмемся за образование». Отсюда тенденция на сокращение государственных расходов на образование, приватизацию, сокращение, а то и полную ликвидацию государственных учебных заведений. В своей книге «Капитализм и свобода» известный американский теоретик-либерал М. Фридман пишет: «Количество денег, истраченных на образование, увеличивается стремительными темпами, куда быстрее, чем национальный доход. Государство не в состоянии нести эти все увеличивающиеся расходы; их надо переложить на родителей, которые будут экономны и осмотрительны, решая вопрос, на что тратить деньги, и поэтому не станут определять своих детей на «бесперспективные» для них направления учебы» (Friedman M. Capitalism and Freedom. Chicago, 1982). При этом «перспективными» абсолютное большинство родителей и их детей считают те специальности, которые обещают высокий заработок и быстрый возврат инвестиций в образование, которое этот заработок гарантирует. Подход сугубо прагматичный, с точки зрения отдельной семьи совершенно оправданный. А то, что в обществе не хватает учителей, преподавателей, культурологов, социальных и им подобных работников, зарплата которых намного ниже, чем у брокеров, экономистов, юристов, менеджеров и т.п. – этот вопрос десятилетиями остается в стороне, хотя от этого страдают и общество, и семья, и отдельные индивиды.

Специализация, массовизация и экономизация образования в качестве главного отрицательного следствия ведут к его примитивизации – как в содержании, так и в понимании. Образование уже во многом утратило свою человекообразующую функцию, возвышающую и развивающую качества человека, и прежде всего моральные и духовные, необходимые ему для выживания, и продолжает ее утрачивать. Все более примитивное образование образует все более примитивного человека, не способного охватить умом происходящее и направлять эволюцию к выживанию, а не к гибели, как это происходит.

В общем и целом кризис образования породил кризис понимания. И это приговор существующей системе образования. Ибо конечным результатом, итогом всего образовательного процесса является не знание само по себе, а понимание, к которому оно ведет.

Нет ничего ненормального в том, что мы многое не знаем и не понимаем, особенно в резко ускорившемся и усложнившемся мире, который продолжает и усложняться, и ускоряться. Это нетрудно объяснить. Проблема в том, что массовизация образования породила массовую иллюзию всезнайства и всепонимания. Среднестатистический человек с дипломом о высшем образовании не хочет допустить даже мысли о том, что он чего-то не понимает: он просто не понимает, что он не понимает. Что уж говорить о тех, кто занимает руководящие посты, имеет диплом кандидата, доктора наук?..

Во всех странах Запада идут бесконечные реформы образования, но они не приносят ожидаемых результатов. Звучат заявления о том, что «школы и вузы абсолютно нереформируемы» и прежде всего из-за того, что учителя и преподаватели крайне консервативны и т.п. Но дело, на мой взгляд, не в этом. Абсолютное большинство ищет выход из сложившегося положения в рамках существующей парадигмы развития общества и вытекающей из нее парадигмы образования. А потом - что такое реформа? Это содержательные или формальные изменения системы при сохранении ее прежних качественных оснований. Тем более, ничего нельзя добиться путем модернизации, то есть просто обновления старого.

Между тем, кризис образования кроется именно в его основах. Бессмысленно говорить о качестве образования, если нет четкого определения его миссии и конечной цели. В свою очередь, невозможно добиться совершенного образования, если порочны сами принципы и основы общественного устройства. В «плохом» обществе не может быть «хорошего» образования. Но в то же время нет иного способа построения нового общества иначе как через новую систему образования, конечной целью которого является новый человек с новыми ценностями, новой моралью и новыми качествами характера. Иначе говоря, необходимы фундаментальные, радикальные перемены в основах общественного устройства.

Осознается ли это обстоятельство мировым сообществом? Да. «Повестка на XXI век», принятая Международной конференцией ООН «Окружающая среда и развитие» в 1992 году в Рио-де-Жанейро, пожалуй, главное свидетельство этого. Подписи 179 глав государств и правительств под этим документом, в котором говорится, что прежняя парадигма развития человечества исчерпала себя полностью и окончательно; что следование прежним путем гибельно для планеты; что необходима новая парадигма развития, что в качестве таковой может и должна выступить идея т.н. «устойчивого развития» - все это и другие факты свидетельствуют, что катастрофичность ситуации и радикальных перемен понимается. Заключительные слова доклада на этой конференции ООН, которые произнес ее Генеральный секретарь Морис Стронг «Или выживем все или не спасется никто!» для меня лично звучат столь же определенно как «Свобода или смерть!», «К оружию!», «Вставай, проклятьем заклейменный!..»

Но дело в том, что призыв к коренной ломке существующего мирового порядка обращен к тем, кто этот порядок строил и строит, кому он выгоден и необходим, кто в сущности не откажется от него никогда. Конференция ООН по проблемам «устойчивого развития» прошлого года в Йоханнесбурге отметила, что за прошедшие с 1992 года 10 лет в мире практически ничего не изменилось к лучшему, что все идет по схеме «как было». Хотя, на мой взгляд, это не так. В мире идет коренная ломка, можно сказать, революция за установление нового, «устойчивого» мирового порядка в интересах группы высокоразвитых стран, возглавляемых США. Руководство этих стран понимает опасности, вызовы и угрозы XXI века; понимает их реальность для жизни человечества. Однако, формула ООН «или выживем все, или не спасется никто» их не устраивает. И потому даже на грани гибели, в крайней ситуации выживания, они делают ставку на эволюционный принцип естественного отбора «выживает сильнейший». Мы видим, как он действует: Югославия, Афганистан, Ирак …

В этом смысле идея «устойчивого развития» в ее истинном смысле выглядит утопичной: ей противостоят оружие, деньги и власть, неограниченная никакой моралью. Одним словом – грубая сила, насилие. Сегодня они торжествуют. Но в этом нет безысходности. В свое время даже такой гениальный «силовик» как Наполеон не без досады заметил, что всякий раз, когда встречаются ум и сила, то в конце концов победа остается на стороне ума (цит. по памяти).

Необходимые радикальные перемены в общественном устройстве и жизни в этой ситуации должны придти со стороны «ума» – науки и образования, о чем говорилось на конференциях ООН и в Рио, и в Йоханнесбурге. Власти денег и силе власти надо противопоставить силу нового гуманитарного знания, новых социальных идей, перемен массового сознания – понимания людьми смысла и сущности происходящего в мире, в частности, в России, в самих США.

Во Всемирной декларации о высшем образовании для XXI века, принятой ЮНЕСКО в октябре 1998 года в Париже, говорится, что в связи с необходимостью «культурного, социально-экономического и экологического устойчивого развития человечества, наций и сообществ» перед высшим образованием встают грандиозные задачи, требующие его самого радикального преобразования и обновления, подвергать которым его еще никогда не приходилось». Здесь нет самого слова «революция», но сказанное в полной мере отвечает его смыслу. «Революция – это наиболее концентрированное, максимально быстрое и глубокое (т.е. именно радикальное) обновление явления, открывающее ему небывалые до этого возможности самоосуществления», «смена качественной, сущностной, целостной определенности», «скачок, прорыв постепенности в изменениях, преобразование сути; смена оснований и системного характера предмета в целом».

Вопрос не в том, что кому-то хочется образовательной революции. Дело в том, что она вызрела, она уже неизбежна: человечество не только поставило себя на грань гибели, но и загнало в цейтнот. На постепенные, эволюционные перемены уже просто нет времени. Вдумайтесь в такие цифры и факты: за последнюю треть ХХ века человечество израсходовало треть конечных, невосполняемых естественных богатств Земли. Если не будут предприняты экстренные меры, к середине ХХI века будет использована вся наличная пресная вода. Проблема конечных земных ресурсов заняла 1-е место в списке приоритетов американского руководства. Перемены в мышлении, в сознании, в морали и духовных ценностей должны произойти на предельно коротком отрезке исторического времени - за два-три десятилетия. Революционно.

Главный момент образовательной революции – смена консервативно-эволюционной образовательной парадигмы на прогрессивно-революционную, базирующуюся на новой парадигме устойчивого развития.

Образовательная парадигма, о которой я говорю в моей книге «Образовательная революция», включает в себя несколько основных идей и подходов. Назовем некоторые из них:

- новый взгляд на миссию образования в ХХI веке;

- новый взгляд на предмет и конечные цели образования;

- новый взгляд на уровни образования;

- новый взгляд на роль социально-гуманитарного знания;

- новый взгляд на учебные задачи и средства их решения.

Буквально несколько слов в порядке пояснения этих идей.

Прежде всего – о новом взгляде на образование и его миссии в обществе. Они во многом противоположны существующим представлениям.

Если ныне действующая парадигма рассматривает образование как непроизводственную отрасль (сферу) общественной жизни, которая только потребляет созданные в других отраслях материальные и духовно-нравственные ценности, в частности, знания, то в новой парадигме образование видится как самоценность, провозглашается сферой производства высшей ценности и главного капитала – человека во всей полноте его свойств и качеств как гармонично и всесторонне развитой личности, а не только «специалиста». При этом сама школа (общая и высшая) должны все более становиться местом производства духовно-нравственных ценностей, в частности, и знания.

Традиционная парадигма отводит образованию роль прежде всего подсобного средства в решении всех иных, и прежде всего экономических задач. Отсюда – приоритеты: «поднимем экономику – возьмемся за образование»; отсюда – остаточный принцип финансирования. Отсюда – взгляд на образование как на средство адаптации новых поколений к существующей действительности, средство закрепления сложившейся социальной структуры общества.

Настоящим полем битвы как отдельных стран, так и всего человечества за свое будущее должны являться не географические пространства, источники сырья и энергии, а человек, еще не приобретший до конца, но уже утрачивающий те качества, которые способствуют выживанию; человек, прежде всего в его интеллектуальном и духовно-нравственном измерении. Полем битвы за выживание и будущее является образование, которое должно вернуть себе душеспасительную функцию, человекообразующую составляющую.

Необходимо формировать новую этику, новые духовные ценности, новые потребности, а не просто адаптировать человека к требованиям рынка и жизни, как это происходит сегодня.

Следующий пункт новой парадигмы – изменения в предмете образования. Традиционно знаменитый ЗУН не устраняется. Без знаний нет образования. Но, как известно, многие знания в эпоху НТР устаревают так быстро, что студент, не успев получить диплом, оказывается в положении малознайки, а то и незнайки.

Человечество подошло к такому моменту своего развития, когда оно не успевает осознавать происходящее и адаптироваться к нему. Дело не только и не столько в количестве знаний, которыми владеет человек. Давно известно: многознание уму не научает. На первый план в высшем образовании, на мой взгляд, вышла проблема понимания. Это значит, что пониманию надо учить. Что значит «понимать», как учить пониманию? Я не говорю сейчас об этом. Мне ясно одно: вуз должен через знание развивать мышление до стадии понимания. В этом и состоит назначение высшей школы. А если мы выпускаем в жизнь людей, нашпигованных специальными знаниями, но не способными разобраться в происходящем, - это не высшее образование.

Третий пункт новой парадигмы – новый взгляд на роль социально-гуманитарного знания.

Мы так привыкли к аббревиатуре «НТР», что не особо задумываемся над ее полным смыслом. Но ведь НТР – это лишь научно-техническая революция, но не научная со всех сторон. Например, не научно-гуманитарная. В этой сфере научного знания в ХХ веке никакой революции не было и нет. В отношении самого себя и общества человек все еще поразительно нелюбознателен. Поэтому и в понимании самого себя, в своем развитии, в частности, развитии своих творческих способностей, он мало продвинулся. А представим себе, каких грандиозных высот во всех направлениях могло бы достичь человечество, если бы человек сумел использовать хотя бы 30-40, а не 5-7-10 процентов своего интеллекта, как это пока происходит! Но эти самые 5-10% ума были направлены на овладение внешним миром, а не на собственное самопознание и саморазвитие. Между тем, идеи гуманизации и гуманитаризации уже поседели от времени. Уже давно идут разговоры о человеческой революции.

Есть еще некоторые идеи, которые можно отнести к разряду революционных для образования, но я не говорю о них из-за недостатка времени.

Уважаемые коллеги! В одной из рецензий, которые выходят сейчас в связи с моей книгой «Образовательная революция», авторы, оценившие ее весьма и весьма доброжелательно, тем не менее заметили, что это все-таки, как они пишут, «чегеварство и донкихотство». Конечно, это тоже неплохо – слыть Дон Кихотом! Но я человек далеко не наивный, не только романтик, но и прагматик: каждый день с утра до ночи в течение вот уже 10-ти лет, как ректор вуза, я занят совершенно конкретными практическими делами. Идея о необходимости образовательной революции пришла в мою голову не от безделья или желания поразить кого-то необычным словосочетанием.

Необходимость смены парадигмы развития и, следовательно, выработки новой парадигмы образования, влекущей за собой образовательную революцию, давно вызрела. Это надо осознать. Для этого надо писать, говорить, спорить. Надеюсь, что некоторые основания я для этого дал и своей книгой, и этим своим выступлением.

.