Поиск Карта сайта


Rambler's Top100
ИЛЬИНСКИЙ ИГОРЬ МИХАЙЛОВИЧ

Мои дела?.. Я жил страной.
Мне подарила Русь святая
Простой девиз: «Будь сам собой.
Свети другим, себя сжигая».

И.М. Ильинский

 НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ 
 ОБЩЕСТВЕННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ 
на главную страницу
библиография
книги
cтатьи. интервью. выступления.
об И.М. Ильинском и его трудах.
Книги. Статьи. Рецензии.

Rambler's Top100

Поиск по сайту
Главная / Публикации / Статьи

«Цель нашего университета – формирование интеллектуальной элиты России»

Версия для печати Версия для печати

«Цель нашего университета –
формирование интеллектуальной элиты России»

О смысле высшего образования, о роли воспитания в учебном процессе и о стандартах подготовки специалистов размышляет президент Национального союза негосударственных вузов, президент союза негосударственных вузов Москвы и Московской области, ректор Московского гуманитарного университета, доктор философских наук, профессор Игорь Ильинский.

Игорь Михайлович, одна из Ваших последних монографий называется «Образовательная революция». В чем смысл этой революции?

В основе образовательной революции лежит понимание. Это философское понятие, новое для нашего образования. Мы всегда учили, основываясь на известной триаде «знания - умения - навыки», хотя мало кто мог отделить умения от навыков. На мой взгляд, знания и умения не имеют смысла без понимания. Это центральное понятие современного образования, ключевой фактор качества. Мы должны не просто научить человека, то есть дать ему определенную сумму знаний, но и научить его понимать происходящее.

Что для этого необходимо изменить в образовательном процессе?

Необходимы ситуации, которые подтолкнут к этому, прежде всего эмоциональное переживание. Конечно, такое объяснение скорее применимо к гуманитарной сфере, нежели к технической и естественно-научной. Количество информации, которой владеет гуманитарий, еще не свидетельствует о том, что он образованный человек. Есть ведь люди, имеющие несколько высших образований, но абсолютно не понимающие, что происходит, не способные сделать элементарный прогноз на ближайшее будущее. Недавняя монетизация льгот об этом лишний раз свидетельствует – нетрудно было догадаться, что возникнут проблемы с выплатами бывшим льготникам. Возникает ситуация абсурда.

Образовательный идеал Московского гуманитарного университета состоит в том, чтобы наш выпускник был не только обученным, но и воспитанным, не только знающим, но и понимающим человеком. Наш университет даже стал издавать журнал «Знание, понимание, умение». Можно было назвать его просто «Понимание».

Еще один журнал, который выпускает ваш университет, называется «Вместе». Это слово тоже имеет глубокий смысл?

Журнал выпущен к 60-летию МосГУ - его полное название «Вместе. Улица Юности, 5/1» (адрес нашего университета). Это внутренний, корпоративный журнал, где рассказывается о нашей жизни, о наших радостях и наших проблемах. Название, конечно же, очень символично. Особенно сегодня, когда мир разделяется, когда культивируется индивидуализм. В этой ситуации нельзя терять чувство солидарности, должна сохраняться ценность дружбы, товарищества.

А какое отношение это имеет к образованию?

Самое прямое. Ведь образование представляет собой не только обучение, но и воспитание. Другой вопрос, что в большинстве вузов о таких проблемах не задумываются. Но мы ведь должны создать благоприятную атмосферу, в которой студенты не только учатся, но и живут - весело, радостно.

Наверное, такой подход во многом определяется 60-летней историей МосГУ.

Мы действительно можем гордиться собственной историей. Пять лет назад мы отмечали 30-летие вуза - вели отсчет от создания Высшей комсомольской школы. А потом решили, что нашим «предком» является Центральная комсомольская школа, созданная в 1944 году, которая была высшим учебным заведением. Таким образом, наша история увеличилась на 25 лет.

В этом есть большой смысл. Дело, конечно, не в том, что лишние годы дают повод организовать более масштабный праздник. Мы хотим, чтобы наши студенты, выпускники знали и правильно понимали историю. Не только своего вуза, но и в целом страны, человечества. Кое-кто предлагает нам искаженную версию отечественной истории - дескать, Россия плохая страна, здесь живет плохой народ, у которого за тысячи лет ничего путного не получается. В общем, плохая история.

А я убежден, что плохих историй не бывает. Есть великие истории, слабые истории, а может вообще не быть истории. Даже в Европе есть страны без истории. А у России великая история, в которой были трагедии и потрясения, войны и открытия, культура и литература. И эта история, как все великое, не может быть однозначной. Именно так ее должны воспринимать студенты. Тогда они захотят работать в России, захотят связать свое будущее со своей родиной. Не нужно любить Америку только за то, что там люди живут лучше. Соединенным Штатам, кстати, почти столько же лет, сколько Московскому государственному университету имени М. В. Ломоносова.

В российской истории образование всегда занимало особое место.

В другой моей только что вышедшей книге - «Негосударственные вузы России: опыт самоидентификации» - речь идет, в частности, о смысле образования. Негосударственные вузы в современной России - это по-настоящему свободные, независимые вузы, которые должны давать образование в соответствии с тем, как они его понимают. Это элитное образование: вуз стремится обучать не по тем стандартам, которые предложило государство или мировое сообщество, а исходя из собственного образовательного идеала, своего представления о предмете образования.

Аккредитованные негосударственные вузы все-таки обязаны соблюдать требования Госстандарта.

Конечно. Единый образовательный стандарт неизбежен и необходим. Есть установленные сроки обучения, минимальное и максимальное количество часов, многое другое. Преподаватели нашего университета сами разрабатывали государственные стандарты по нескольким специальностям. В 1990 году мы первыми открыли специальность «социальная работа», в 1995 году - специальность «реклама». Будучи негосударственным вузом, мы создавали стандарты, которыми сейчас руководствуются учебно-методические объединения и которые обязательны для вузов государственных.

На мой взгляд, содержание стандарта не стоит абсолютизировать. Конечно, он предоставляет вузу некоторую свободу - так называемый национально-региональный, вузовский компонент, который в зависимости от специальности составляет от 25 до 70% учебного плана. Обязательная же часть стандарта - это минимум знаний, которые должен получить каждый студент по своей специальности. А вот решения о том, что следует добавить к этому минимуму, принимает конкретный вуз. И далеко не каждый хочет что-то добавлять.

Как эта проблема решается в Московском гуманитарном университете?

Мы предлагаем студентам так называемый «стандарт плюс». В его основе - государственные требования, сверх которых мы даем то, что считаем необходимым. Если кафедра, факультет или научно-методический совет считает, что, к примеру, современный юрист не может обойтись без изучения определенных разделов, не включенных в Госстандарт, эти разделы добавляются в учебный план факультета юриспруденции. В других учебных заведениях эти разделы не изучаются или изучаются плохо.

Создание «стандарта плюс» - это творческая задача, которую вуз может и не ставить, но у нас она поставлена. Это шаг к новому качеству образования, и нас никто не заставляет его делать.

Что именно должны изучать в дополнение к стандарту те же студенты-юристы?

Например, ораторское искусство. Высшая комсомольская школа славилась великолепным кабинетом, где студенты обучались ораторскому искусству. Было два таких кабинета на весь Советский Союз (еще один - в Академии общественных наук при ЦК КПСС). Они оборудованы специальной техникой — человек говорит с трибуны перед большим телеэкраном, на котором толпа, фотовспышки, его пытаются сбить с толку... В подобных учебных ситуациях формируется ораторское мастерство. А ведь сегодня адвокаты, прокуроры, судьи зачастую не умеют грамотно, убедительно, четко говорить. Кстати, владение риторикой необходимо не только будущим юристам. Из стен МосГУ должны выходить люди, которые, помимо основной специальности, блестяще владеют словом.

Такой стандарт должен постоянно совершенствоваться.

Да, речь идет о постоянном творческом переосмыслении образовательного процесса. Эту идею я предлагаю именно для негосударственных вузов.

Научные исследования показывают, что человек в среднем использует возможности своего интеллекта лишь на 10-15%. Если увеличить этот показатель хотя бы на 5%, человек существенно изменится. Я считаю, что нужно ставить эту проблему и учить тому, как использовать интеллект. В университете, наряду с привычными дисциплинами, необходима программа развития творческих способностей студентов. Разумеется, это не должно быть обязательным для всех занятием - нельзя заставить человека развиваться, если он сам этого не хочет. Но для тех, кто готовит себя к научной или политической деятельности, кто стремится к карьерному росту, это, пожалуй, необходимо.

«Стандарт плюс» дает конкурентные преимущества вузу, где он реализуется: абитуриенты и их родители видят, что здесь им предложат уникальное образование.

У всех университетов одна миссия - они должны обучать и воспитывать. Но сегодня не может быть одинаковых учебных планов, как в советские времена, не может быть стандартизированных выпускников. Резко возросший спрос на образование обязывает вузы бороться за качество.

В то же время в России немало учебных заведений, дающих массовое, стандартизированное образование. Его можно получить заочно или с использованием так называемых дистанционных технологий, когда студент практически не общается с профессором. Такое образование намного дешевле, без претензий на качество, для его получения студенту не нужно прикладывать серьезные усилия. Но оно пользуется спросом несмотря на то что шансов найти хорошую работу сразу по окончании вуза у выпускников практически нет.

В какой мере вузы должны учитывать зарубежный опыт при составлении собственных стандартов?

Это важная проблема, и здесь главное не перегнуть палку. Очень скоро может сложиться такая ситуация, что образовательные стандарты нам начнут навязываться европейскими государствами, - ведь Россия присоединилась к Болонскому процессу. И может случиться так, что предметы социально-гуманитарного цикла, которые традиционно преподаются в российских вузах, будут выхолащиваться. Основой образования станет иностранный язык и компьютерная грамотность.

Считается, что благодаря Болонскому процессу выпускники российских вузов будут востребованы в Европе. Но может быть, это приведет только к тому, что европейцы заберут у нас лучших специалистов, подготовленных по их стандартам? А они-то сами предполагают, что их граждане будут работать в России? Тогда европейцам следует перенимать достижения нашего образования. Вообще я положительно отношусь к стремлению России интегрироваться в мировое пространство - как экономическое, так и образовательное. Но нельзя забывать о преимуществах, национальных традициях российской высшей школы.

Болонская система все-таки предполагает сохранение национальной специфики образования.

Национальная специфика - это вопрос философии образования. В каждой стране есть свои подходы к образованию, но в каждой образовательной модели есть плюсы и минусы. Например, американская модель сильна своей направленностью на конкретные специальности, углубленной специализацией. В советской модели упор делался на общие знания, и, если отбросить идеологизацию, это позволяло людям широко смотреть на мир, сознательно подходить к происходящему. Но специализации, умения выполнять конкретную работу у нас не хватало - приходилось доучивать и переучивать. На самом деле, сочетание фундаментального образования со специализацией - это оптимальная модель образования, но реализовать ее фантастически сложно.

В какой мере созданию такой модели может способствовать проводимая в России реформа образования?

К сожалению, нынешняя реформа затрагивает механизмы, а не суть образования. Возьмем, к примеру, деление высшего образования на бакалавриат и магистратуру. Это одно из требований Болонской конвенции, которое обязаны реализовать все европейские страны. Ректор Бременского университета, который недавно приезжал в МосГУ, рассказывал, что в Германии вузы сейчас тоже переходят на систему «бакалавр плюс магистр». И они не знают, где и кем будет работать бакалавр. В России сегодня лишь около 10% вузов выпускают бакалавров, которые, кстати, не имеют права поступать в аспирантуру. Но никто так до конца и не понял, является бакалавриат высшим образованием или нет. Другой вопрос, что, принимая человека на работу, работодатели интересуются не столько его дипломом, сколько уровнем подготовки.

То есть для работодателя важны профессиональные знания?

Да. Высшее образование должно готовить профессионалов, а сегодня специальности дифференцируются все больше, потому что структура знания становится сложнее. С другой стороны, специалист обязан быть философски образованным, но это не должно мешать ему выполнять свои прямые обязанности. Однажды я пришел к врачу, и она, узнав, что я ректор, долго расспрашивала меня о политических, философских проблемах и совершенно не интересовалась, зачем я к ней обратился.

Кроме того, в любой профессии очень важна мораль, совесть. Другой пример, тоже из медицины: врач сделал операцию моему знакомому, хотя в ней не было необходимости. Но операция была дорогостоящей, а врач перед уходом на пенсию хотел заработать побольше денег. К слову, это случилось во Франции, и этот врач имел диплом французского университета. Между профессиональной честью и количеством прочитанных книг нет прямой связи: можно освоить науку, но оставаться непорядочным человеком.

Но Вы же сами сказали, что образование - это не только обучение, но и воспитание.

Вот именно. А устоявшиеся западные представления свидетельствуют о другом: университет должен давать специальность, но не обязан воспитывать. Многие современные российские вузы также не уделяют внимания воспитанию. Можно ли говорить о воспитании, если студентов обучают лишь с помощью дистанционных технологий?

Студенты, которые приходят к нам учиться, - это, по большому счету, дети, даже если они говорят, что стали взрослыми. Многие приехали из других городов, оставив там свои семьи, у них в общежитиях возникают обычные человеческие, бытовые проблемы. Им надо помогать, и это задача университета. Нужны воспитатели, кураторы. Особое внимание - талантливым ребятам, которым необходимо создавать особые возможности.

Сегодня среди студентов МосГУ есть уникальные люди. 57 человек в совершенстве владеют тремя иностранными языками, 350 человек - двумя. У нас учатся 50 мастеров спорта, которым мы создаем все условия для тренировок. Наши студенты занимаются самодеятельностью - драмой, вокалом, танцами. К 60-летию победы в Великой отечественной войне студенты будут участвовать в проведении театрализованного представления «Поклонимся великим тем годам!». И все это выходит далеко за рамки профессионального обучения - возникает совсем иное качество образования.

Мы должны создать условия для развития способностей, задатков каждого человека. Это касается и тех, чьи способности уже проявились, и тех, кому нужно помочь понять себя. Даже те студенты, которые поначалу отказываются от любой общественной работы и считают, что главное - посещать занятия от звонка до звонка, потом пересматривают свою позицию.

Каким должен быть преподаватель в современном университете?

Он непременно должен быть исследователем, который много читает, пишет, анализирует, переосмысливает, привносит в науку новое. В советское время преподаватель должен был оглядываться на авторитеты, обучать студентов в соответствии с официальными учебниками, не имел доступа к зарубежной литературе и результатам исследований в зарубежных университетах. Сегодня таких проблем не существует, поэтому у преподавателей есть огромные возможности.

В то же время на протяжении столетий роль преподавателя не меняется. Хороший профессор тот, для кого преподавание - это жизнь. Сегодня я не вижу особых противоречий между преподавателями и студентами, хотя лет десять назад налицо были антагонизмы. Студенты считали, что старшее поколение, к которому принадлежат преподаватели, виновато в проблемах, возникших в стране после распада СССР.

В то же время отношение к интеллектуалам в обществе, их влияние на политику государства сегодня оставляет желать лучшего. Ф.М. Достоевский писал, что в России есть высший духовный слой, к которому принадлежат очень немногие люди. Беда российского общества в том, что этот слой постоянно изничтожался. Конечно, философы никогда не были во власти, но их слово дорого стоило - взять хотя бы Айтматова, Окуджаву, Сахарова, Лихачева. А сегодня к позиции подобных людей никто не прислушивается.

Способна ли система образования изменить ситуацию хотя бы через несколько десятилетий?

Если задача системы образования - клепать функционеров, которые что-то знают, но ничего не понимают, об этом не может быть речи. Такими людьми можно манипулировать - даже если дело доходит до социального конфликта, они будут требовать не повышения пенсии, а возвращения льгот, как это происходит сегодня. Таких людей производила советская система. Но я верю, что лучшие российские вузы, ставящие задачу воспитать свободно мыслящих и независимых граждан, способны со временем изменить ситуацию.

Сегодня высшее образование становится массовым, и мне хотелось бы, чтобы лучшие выпускники университета учились еще в течение года, чтобы на новом витке осознать, понять все то, что они освоили в течение пяти лет. Это были бы высшие курсы, цель которых - формирование интеллектуальной элиты России.

Беседовал Борис СТАРЦЕВ

.